Sponsor's links:
Sponsor's links:

Биографии : Детская литература : Классика : Практическая литература : Путешествия и приключения : Современная проза : Фантастика (переводы) : Фантастика (русская) : Философия : Эзотерика и религия : Юмор


«««Назад | Оглавление | Каталог библиотеки | Далее»»»

прочитаноне прочитано
Прочитано: 51%

***


  Следующий оройхон он поставил через неделю. А через неделю - ещ" один. Потом их не трогали целый месяц, из чего Шооран заключил, что объявился Вроол-Гуй, и братья выжидают, не желая рисковать.
  Месяц ист"к, и еженедельные выходы к далайну возобновились.
  Первое предположение Шоорана оказалось правильным: строилась широкая, в три оройхона дорога в землю старейшин.
  Вечерами и в свободные дни зажиревшие от безделья каторжники сидели под стражей в алдан-шаваре, дулись в кости на интерес или вечернюю порцию мяса (теперь им давали и мясо, и наыс, и вообще вс", кроме вина) и старательно не говорили на запретную тему.
  Лишь Уйгак - тощий, но страшно прожорливый мужик, глупый и такой законопослушный, что неясно было, как он попал на каторгу, а потом в бунтовщики, вздыхал порой, придвигая миску с выигранным мясом:
  - Ох, повезло нам, братья! Всегда бы так жить.
  - Бовэр в ручье тоже небось думает, что ему повезло, - отвечал угрюмый Куюг, - и не знает, что гарпунок на него уже заостр"н.
  - Скажешь тоже! - обижался Уйгак. - То бовэр безмозглый, а тоЕ - и он многозначительно поднимал к потолку палец, перемазанный в мясной подливке.
  Шооран в разговорах участвовал мало, старался больше спать и не говорить, а слушать других. Его тоже преследовало сравнение с бовэром, и он ждал всяких неожиданностей. Кроме того, он постоянно представлял в уме карту мира и старался отметить на ней новые оройхоны. Не так много их было. Окажись он на свободе, он бы выстроил за это время куда больше.
  Вскоре сон уже не ш"л в отяжелевшую голову, и мясо стало казаться пресным. Выход Шооран наш"л в беседах с Маканым. Калеке достаточно было задать один вопрос, а дальше он рассказывал сам без остановок. Надо было лишь суметь разобрать его речь, и тогда выяснялось, что он рассказывает массу любопытных вещей.
  - За что тебя первый раз приговорили?
  - Не приговорили, а оштудили. Жа машку. Машку я шделал иж рыбей кожи. Ешли е" харвахом шырым натереть, так она шветитша в темноте. Штрашно! Е" надеть и ишшо на ходули штать. Ночью приду на поле, да как крикну шторожам: "Ужна"те меня?!" Они и уполжают штаны чиштить. Вше оройхоны были мои. Но вш"-таки поймали меня.
  Макали три ража. Шешть раж это уже потом, жа другоеЕ
  Одиннадцать дюжин первый оройхон соединил две страны, прежде отдел"нные друг от друга огненным болотом. Едва камень затвердел, как отряды цэрэгов, скрывавшиеся неподал"ку, ринулись на приступ. В неожиданности они видели сво" главное преимущество. Но неожиданного удара как раз и не получилось. На том берегу ещ" неделю назад заметили замаячивший оройхон и, поняв, что происходит, успели подготовиться к атаке.
  Цэрэги братьев шли не скрываясь, и залп татацев буквально выкосил их, от передовых дюжин почти никого не осталось. Остатки нападавших были смяты, старейшины сами пошли в наступление.
  Охранники, занятые Шоораном и его товарищами, не успели ещ" никого отвязать, когда из клубов дыма, по-прежнему тянущихся с бывшей м"ртвой полосы показались кольчужники врага. Грудь каждого за прозрачной чешу"й казалась открытой, в руках пели хлысты, короткие копья торчали за спиной. После мгновенной схватки охранники были перебиты, и наступающие пошли дальше. На привязанных к крестам людей они не обратили внимания - мало ли какие жертвы приносит противник великому Вроол-Гую.
  Берег опустел. Шооран понимал, что это ненадолго, и сейчас у него единственный шанс получить свободу. Шооран напрягся, пытаясь освободиться. Мягкие ремешки не растягивались. Если бы заранее, прежде чем его привязали, напружинить мышцы, он может быть и мог что-то сделать, но сейчас он был беспомощен. Ему не было больно, под ногами стояла подставочка, он мог висеть так долго, не испытывая заметных мучений, не ж"стко, но плотно перебинтованный, неспособный шевельнуть и пальцем.
  Шооран не помнил себя плачущим, но в эту минуту сл"зы обиды и бессилия сами выступили на глазах. Он оказался не готов и не способен к борьбе, ему не к чему было применить свою силу, он не мог даже бестолково дрыгаться.
  Рядом за щитом послышалась возня, невнятное бормотание, потом оттуда на землю спрыгнул один из его товарищей и, пригнувшись, побежал в сторону тэсэгов.
  - Эгей! - крикнул Шооран. - Помоги! - но тот даже не оглянулся.
  Шооран заскрипел зубами от злости и отчаяния.
  - Беги, беги, раж тебе надо, - послышался сзади шепелявый голос. - А я не илбэтш, я могу и жадержатша.
  Ремни начали ослабевать.
  Вдво"м, а после втро"м - освобожд"нный Куюг тоже присоединился к ним - они быстро развязали оставшихся пленников. Большинство, дождавшись свободы, тут же убегали и вскоре у поребрика остались лишь четверо бывших каторжников и бывших чудотворцев: Шооран, Маканый, Куюг и Уйгак.
  - Рашходимша по-одному, - сказал Маканый. - Шреди наш был илбэтш, а историю о пяти братьях хорошо слушать ветшером.
  Вжаправду я е" не хотшу.
  - Правильно, - поддержал Шооран, мысленно благодаря мудрого старика. Хотя, кто знает, сколько лет Маканому?
  - Вы - куда? - растерянно спросил Уйгак. - Пошли обратно! Где ещ" мясом-то кормить будут?
  - Оройхоны ты станешь строить? - поинтересовался Куюг.
  - Какие оройхоны? - обиделся Уйгак. - Мясо дают! Ну, вы как хотите, а я остаюсь.
  Трое каторжников быстро пошли, пока ещ" рядом, но каждый уже выбирая свою дорогу.
  - Эгей! - окликнул Шооран Маканого. - Тебе сколько лет?
  Тот остановился. Соображая пот"р лоб двупалой клешн"й.
  - Две дюжины. Шкоро ишполнитша.

***


  Шооран направился к стране старейшин. На новом оройхоне, ещ" не затянутом нойтом и испачканном только кровью, он переоделся.
  Убитый цэрэг лежал на земле, поджав колени и положив руки под голову, словно спал. На разбитом кистен"м виске выступила кровь.
  Стараясь не смотреть в молодое лицо, Шооран раздел покойника.
  "Тебе уже не надо", - мысленно извинился он.
  Башмаки с иглами заменили тоненькие буйи, в которых далеко не уйд"шь. Впору пришлась кольчуга. Поверх кольчуги Шооран натянул мягкий жанч, выданный братьями. Не стоит лишний раз показывать любопытным глазам сво" снаряжение. Шооран подобрал копье, нож, скатал хлыст. Не тронул лишь забрызганный кровью шлем.
  Настороженно прислушался. Сзади нарастал шум битвы.
  Ждавшие л"гкой победы братья пусть не сразу, но оправились от удара и теперь начинало сказываться их численное превосходство.
  Цэрэги старейшин попятились.
  Шооран видел, что он заперт на перешейке словно тайза в своей норе. Впереди наверняка стоят заслоны при орудиях, сзади ид"т сражение, да он ни за какие блага и не согласился бы возвратиться назад. Шум приближался, надо было что-то предпринимать.
  Тайза, когда е" вышаривает в норе гибкий осязательный ус гвааранза или рука бледного уулгуя, старается уйти в один из боковых закоулков. Шооран поступил так же. Он подош"л к шавару, пока ещ" чистому и пустому и скрылся в темноте, стараясь не представлять, что произойд"т, если разбуженный Вроол-Гуй вздумает навестить этот оройхон.
  Дважды в течение дня возле суурь-тэсэга вскипали схватки, но решающего перевеса не добилась ни одна из сторон. К вечеру войска отошли каждое на свои земли, но было ясно, что утром вс" начн"тся сначала. Разъединить враждующих мог теперь только Вроол-Гуй, но такой исход никак не устраивал Шоорана. В шаваре уже резко воняло нойтом, и если крупные хищники появятся здесь ещ" не скоро, то ядовитого зогга можно встретить уже сейчас.
  Вечером Шооран выбрался из шавара и в последних отблесках красного света вышел к далайну. Опасно было находиться так далеко от спасительного поребрика, опасно было стоять на виду, на оройхоне могли оставаться отряды разведчиков, но Шооран не видел иного выхода. То, что он собирался сделать, поможет добрым братьям залить кровью соседнюю страну, поскольку старейшины не смогут удерживать широкий фронт. Но Шоорану не было жаль ни тех, ни других. Незаметно для себя он переш"л в состояние, неизбежное для человека, способного переделать мир: думать лишь о человечестве в целом и не жалеть людей вообще. Так, должно быть, чувствуют и мыслят ослепительный ван, блистающие одонты, старшие братья и мудрые старейшины. Таким же стал илбэч. Но у него, на великое несчастье, ещ" осталась способность, любя человечество и презирая людей, бесконечно жалеть каждого отдельно взятого человека.
  Оройхон увидели одновременно и с одного, и с другого берега.
  Завыли раковины, люди с факелами заметались вдоль поребрика.
  Братья кинулись ловить сбежавшего илбэча, старейшины спешно перекидывали силы для отражения предполагаемой ночной атаки. А Шооран, первым пробежавший по новой земле, на четвереньках полз между тэсэгов, уходя подальше от всего этого шума.
  Наутро фронт был прорван. Шооран вновь едва не попал в гущу сражения и вынужден был бежать на запад, где страна огромным мысом вдавалась в далайн. Дюжину дюжин раз благословлял он старейшин, замордовавших свой народ до того, что служители умели только молчать, кланяться и повиноваться. Да случись такие бои в его стране, каждый земледелец схватил бы гарпун, а то и припрятанный хлыст и умер бы на месте, но никому не позволил бы ступить на сво" нищенское поле, пока не убран хлеб. Бандиты совершали набеги лишь после уборки, зная, что иначе им прид"тся иметь дело не с цэрэгами, а с мужиками. Даже одонты, планируя облавы, сверялись с календар"м.
  Здесь приходилось остерегаться только вооруж"нных людей, а они все стянулись к границам и кресту Тэнгэра, где шли бои. Баргэды, которых в этой земле было страшно много, больше дюжины на каждый оройхон, смотрели испугано и зло, но не смели ничего сказать.
  Шооран вышел к далайну, но не желая выдавать себя, не стал строить и пош"л назад. Он вспомнил, что где-то здесь находится родина старика, а он, его наследник, прин"с на эти оройхоны столько бед. Почему-то Шоорану смертельно захотелось посмотреть места, где начинал жизнь Энжин. Шооран определился по тр"м выступающим оройхонам, поставленным в ночь казни Атай, и пош"л вглубь страны.
  Оройхон старика ничем не отличался от всех остальных. Так же росли туйваны, колосились поля, палатки служителей облепляли толпы одинаковых тэсэгов, и никто не мог сказать, возле какого из них сидела Атай.
  Шооран, откинув полог, вош"л в одну и палаток. При виде вооруж"нного человека хозяева, а вернее, бездомные служители великого Вроол-Гуя забились в угол, прикрывая собой детей. Шооран присел на корточки и спросил:
  - Где-то здесь, давно, жил один человек. Его звали Энжином. Вы такого не помните?
  - Мы не знаем, - пробормотал глава семьи. - Ничего не знаемЕ -Еи ещ" девушка - Атай. Е" убили во время мягмара, сбросили в далайн.
  - Нет, нетЕ Мы никого не трогаем!
  - Да не вы! - рассердился Шооран. - Это было давным-давно, когда жил тот человек. Жена у него была - Сай.
  - Сай здесь жив"т, - подала голос хозяйка. - Только мужа у не" нет, и сама она совсем старуха.
  - Она и должна быть старухой, - сказал Шооран. - Проводи меня к ней.
  Женщина, безмерно обрадованная, что опасный гость покинул палатку, провела Шоорана между тэсэгами и остановилась возле крошечного навеса или даже накидки, наброшенной поверх четыр"х колышков. Казалось, там не может поместиться человек, но когда женщина постучала по колышку и крикнула:
  - Сай, тебя требуют! - полог откинулся, и из под него показалась сморщенная старушка.
  - Ты Сай? - спросил Шооран. - У тебя был муж Энжин?
  Старуха выползла наружу. Е" руки, голова мелко тряслись, и было непонятно, боится ли она пришельца и вообще понимает ли, что ей говорят. Потухшие глаза не выражали ничего.
  - Это я, - сказала она, - и муж у меня был.
  - Расскажи мне об Энжине, - попросил Шооран.
  У него было ощущение, будто он разговаривает с Ваном или ещ" кем-то из героев старинных легенд.
  - Он был хорошим мужем, - старуха говорила медленно, короткими фразами. - Мы жили дружно и никогда не ругались. Ни разу за всю жизнь. И он никогда не бил меня. Он погиб давно, на северной границе, когда ловили илбэча. И я живу одна. Я всю жизнь работала и всегда выполняла норму. Я и сейчас работаю, а мне второй день не дают есть.
  Что мог сказать Шооран? Рассказать об Энжине, о том, что тот был илбэчем? Но это значит, сказать, что он не умер, а просто бросил е" как ненужную вещь. Надо ли это знать трясущейся старухе?
  Сама-то она теперь верит, что ни разу между ней и покойным мужем не проплывала тень Вроол-Гуя.
  Шооран встал, подош"л к растущему неподал"ку туйвану, хлопнул ладонью по стволу. Вниз посыпались созревшие плоды. Шооран набрал полную сумку и высыпал на колени Сай.
  - Это от Энжина, - сказал он.
  Покинув дряхлую Сай, Шооран направился на север. Нужно было, пока в стране неразбериха, пересечь границу.
  Пройдя чуть больше одного оройхона, Шооран остановился в изумлении. Он увидел стену. Нечто подобное встречалось ему на Царском оройхоне, но здесь стеной был обвед"н не суурь-тэсэг, а целый оройхон и, возможно, даже не один. Стена была выше человеческого роста, е" гребень щетинился частоколом рыбьих костей, наверняка отравленных. На углу оройхона, где сходились идущие по поребрикам дороги, стояли ворота. Они были расколоты, очевидно выстрелами из татаца. В проходе лежало несколько трупов. Ни одного живого человека не было видно, верно братья выбили ворота и пошли вглубь огороженного оройхона.
  Шооран осторожно заглянул в про"м. Потом он не мог сказать, какие чудеса ожидал увидеть, увидел же обыкновенный оройхон. Те же, что и повсюду деревья, поля, ручьи. Хотя поля были не такими. Земля на них была не ч"рной, а рыжей. И тэсэги здесь тоже были не такими. Каждый камень на запертых оройхонах был сокровищем. Здесь не было л"гких пористых камней, что валялись в иных местах. Здесь лежал ж"лтый искристый кремень, осколки белого кварца, плотные ч"рные кругляши, из которых делают гири и самые лучшие кистени, шершавый красный камень, что так ценится резчиками по кости. Это был крест Тэнгэра - единственная настоящая земля.
  Шооран поднял маленький камушек, непривычно яркий и тяж"лый, и, не заходя вглубь оройхона, поспешил в обход стены. Надо торопиться. Раз братья вошли в крест Тэнгэра, значит, сопротивление сломлено повсюду. Оставалось надеяться, что разбив гарнизон южной границы, братья ещ" не поставили там свои заслоны.
  К сожалению, оправдались худшие предположения. Граница была закрыта. На новом месте цэрэги не чувствовали себя в безопасности, и шансов прокрасться незамеченным - не было.
  Вновь Шооран попытался применить при"м, позволивший ему прорваться сюда. Правда теперь перед ним был не узкий перешеек, который можно перекрыть одним оройхоном, а самое длинное из оставшихся огненных болот. Пока Шооран, укрывшись в куче костяного хлама, работал, никто из цэрэгов не тронулся с места.
  Слишком уж удивительным зрелищем было рождение оройхона, и вряд ли многие из них видели его прежде, когда пленный Шооран строил проход в страну старейшин. Но едва остров встал, один из воинов побежал за подкреплением, а остальные кинулись перекрывать новый оройхон. Дорога возле аваров опустела.
  Пригибаясь и стараясь держаться ближе к чадящим скалам, Шооран двинулся впер"д. И лишь выйдя на открытое пространство, увидел, что проход закрыт по-прежнему. Один из цэрэгов остался на месте.
  Лица стражника было не видно из-за примотанной губки, но это был явно кто-то из тех, кто раньше охранял их и знал всех в лицо.
  Хотя у Шоорана тоже была губка, но пятна ожогов на виске и переносице выдавали его.
  - Вот и ещ" один, - довольно сказал цэрэг. - И, похоже, самый главный. Стоять! - предупредил он движение Шоорана.
  Но Шооран и не думал бежать. В его руке упруго разворачиваясь, запел ус парха.
  - Я ничего тебе не говорил, - произн"с Шооран, обращаясь скорее к судьбе, чем к противнику, - и мне нет дела до твоих домыслов, потому что сейчас ты умр"шь.
  Голоса звучали глухо и невнятно, и если Шоорану это было на руку, то цэрэг не мог кликнуть подмогу. Хотя он был опытный воин и не испугался оружия. Ус парха, вибрируя в искусно дрожащей руке, стоял почти неподвижно, лишь самый кончик исчез из виду, размытый бешеным движением. Но эта струна готова была выбить из рук копь", рассечь одежду и тело. Немногие умели так обращаться с хлыстом.
  Когда-то юный Шооран целыми днями упражнялся с запретным оружием и теперь хвалил себя за то давнее упорство.
  Цэрэг, отставив копь", чтобы, избави Тэнгэр, не попало под ус, левой рукой вытянул из-за пояса кистень. Тяж"лая кость бовэра загудела в ременной петле. Достать кистен"м противника цэрэг не мог, но ремень не боялся дрожащего уса и был способен, обмотавшись, погасить его колебания. Тогда у обоих воинов останутся только копья, но у Шоорана копь" будет в левой руке.
  Ловя удобный момент, они закружили по узкой площадке, усыпанной хрустким сором. Первым нан"с удар Шооран. Время было не на его стороне, он не мог слишком долго выжидать. Приподняв хлыст, он метнул сво" копь", но не в противника, которого защищал панцирь, а в руку с кистен"м. Цэрэг успел отд"рнуть кулак, но остановить движение ремня уже не мог. Копь" отлетело за спину, кистень бесполезно обвис, и Шооран, не давая вновь закрутить его, секанул хлыстом по прозрачному шлему. Шлем брякнул о камни, цэрэг покачнулся и, падая, ударил копь"м. Он видел кольчугу за распахнувшимся жанчем и потому метил в незащищ"нное лицо. Острая кость вспорола кожу чуть ниже виска, но хлыст уже снова обрушился на неприкрытую больше шею, и крик цэрэга превратился в хрип.
  Подхватив копье и не оглядываясь на убитого, Шооран побежал по тропе, ведущей к Торговому Оройхону. Больше всего он хотел, чтобы хоть там никого не оказалось.

«««Назад | Оглавление | Каталог библиотеки | Далее»»»



- без автора - : Адамс Дуглас : Антуан Сен-Экзюпери : Басов Николай : Бегемот Кот : Булгаков : Бхайравананда : Воннегут Курт : Галь Нора : Гаура Деви : Горин Григорий : Данелия Георгий : Данченко В. : Дорошевич Влас Мих. : Дяченко Марина и Сергей : Каганов Леонид : Киз Даниэл : Кизи Кен : Кинг Стивен : Козлов Сергей : Конецкий Виктор : Кузьменко Владимир : Кучерская Майя : Лебедько Владислав : Лем Станислав : Логинов Святослав : Лондон Джек : Лукьяненко Сергей : Ма Прем Шуньо : Мейстер Максим : Моэм Сомерсет : Олейников Илья : Пелевин Виктор : Перри Стив : Пронин : Рязанов Эльдар : Стругацкие : Марк Твен : Тови Дорин : Уэлбек Мишель : Франкл Виктор : Хэрриот Джеймс : Шааранин : Шамфор : Шах Идрис : Шекли Роберт : Шефнер Вадим : Шопенгауэр

Sponsor's links: