«««Назад | Оглавление | Каталог библиотеки | Далее»»»

Прочитано: 49%

***

  Кей разыскался во дворе. Он на корточках сидел в яме возле останков пикапа.
  - Да-аЕ тарахтелку просто в блин раскатало, - восхитился Джей, но на небо все-таки посмотрел.
  На всякий случай.
  - Должно быть, корабль сел прямо на пикап, - сказал Кей, разглядывая груду металлолома, при жизни бывшего автомобилем. - Эдгар вышел посмотреть, что за шум. Пришелец напал на него и забрал его тело. Скорее всего, удалил большую часть, оставив только кожу.
  - И часто так случается?
  - Да нет. Большинство законных переселенцев покупают личины во внешнем мире, получают в штаб-квартире MiB или в лавке в Гринвич Виллидж по соседству с ресторанчиком, где подают шикарные сэндвичи с яичницейЕ
  - Эй, а я знаю, где это!
  - Итак, что у нас есть? - сам себя спросил Кей. Или же он читает лекцию для чайников. Джей поморщился. - У нас есть факт, что наш гость убил местного жителя, а из его кожи сделал себе маскировочный костюм. Это плохо. Это где угодно расценивается как преступление. В паре-тройке миров, правда, не очень серьезное. Но даже там подобный поступок не считается вежливым и приемлемым в обществе. Вывод. Мы имеем дело с преступником, а не с парнем, по незнанию сиганувшим через чужой забор. Мда, бог, кажется, не с нами - он тоже ненавидит идиотов.
  Кей вытащил еще один прибор из кармана. Джея уже давно разбирало любопытство - что еще рассовано у напарника по карманам. Это же черная дыра какая-то, а не костюм. Если бы Джей напихал себе столько же занятных штуковин, то очень даже заметно распух бы в области бедер.
  Узкий луч затанцевал на обгоревших обломках.
  - А это что?
  - Спектральный анализатор. Собирает молекулы, которые любая из форм жизни оставляет за собой. Видишь вот этот экран? Цветовой код на нем подскажет, с каким типом инопланетян мы столкнулись.
  - Ловко. А можно мне одну такую на память? Я знаю пару девок, на которых я охотно испробовал бы эту жужжалку.
  - Не сомневаюсь, - Кей посмотрел на прибор. Маленький экран налился пульсирующим желтым светом.
  - Вот и наш герой, - возрадовался Джей. - Он желтый. Китаец, что ли?
  - Нет, - Кей покачал головой. - Анализ не закончен. Прибор просто принюхивается.
  Экран тем временем покраснел, потом почему-то стал синим.
  - Пожалуйста, только не зеленый, - попросил его Кей.
  Прибор расцвел фиолетовым, на чем заглох.
  - Спасибо, - облегченно сказал Кей.
  Но игрушка в его руке пульсировала еще пару секундЕ потом цвет экрана сменился на зеленый.
  И остался зеленым.
  - Вот дрянь, - сказал Кей. Поднял голову и посмотрел на напарника снизу вверх. - Надеюсь, ты знаешь, что это значит?
  "Откуда мне знать, что это значит?!" Но выражение на лице напарника было очень уж странным. Джей поежился. Почему-то ему не очень хотелось, чтобы этот странный парень - конечно, он с приветом, ребята, но свой в доску, хоть и боится это признать - сидел в этой странной яме посреди штата и задумчиво смотрел в никуда.
  - Сейчас, сейчасЕ - затараторил Джей, - об этом как раз спрашивали вчера вечером в "Счастливом случае".
  Он покосился на напарника. Тот продолжал сидеть на корточках все с тем же задумчивым и несчастным видом. Джей тщательно изучил небеса. Ни на одном облаке подсказки не было. Летающих тарелок, рисующих реактивной струей правильный ответ, тоже не наблюдалось.
  - И какой же вид инопланетян оставляет зеленые следы? - неутомимо паясничал Джей ("к черту, напарник, выше хвост, переживем уж как-нибудь"). Ничего не помогало, и Джей, не выдержав, заорал: - Ну не знаю я! Понятия не имею!
  Кей вынул из кармана очередной прибор. На этот раз ради разнообразия это был обычный сотовый телефон. Набрал номер.
  - Зет? - спросил он, не глядя на Джея. - Это Кей. Мы на ферме.
  - И у тебя хорошие новости? Кей помолчал, собираясь с мыслями.
  - Зет, у нас тут жук объявился.

Глава 12

  И вот они сидят на задворках штата и смотрят на обломки престарелого грузовика, а проклятый анализатор ровно и красиво сияет зеленым светом.
  Плохо дело.
  Да еще малой в манере городского засранца вещает на всю Вселенную:
  - Если я въезжаю в твои слова, чувак, то жук - это очень-очень большая бяка, верно?
  Откуда же ему знать, у него сегодня первый рабочий день. Все время вылетает из головы. Они с Ди давно бы уже во всю прыть летели в город, проклиная судьбу, но малому надо все разжевывать.
  - Слушай меня, крошка Ру. Жуки живут только ради кровавой резни. Они истребляют, заражают, разрушают и уничтожают. Они живут ради смерти, и они не прочь заняться тем, что им больше всего нравится.
  - Тебя что, в детстве кто-то из них укусил?
  Малыш не доживет до города. Он его сам закопает где-нибудь на обочине. Для простоты.
  - Пусть так, если это принесет тебе хоть каплю радости. Но если у тебя хватит воображения, представь себе таракана размером с тираннозавра. И представь, что он умнее тебя, раза в четыре сильнее взрослого быка и раз в девять хитрее самого сатаны. И он ненавидит нас. Он ненавидит наш воздух, нашу еду, даже наши дома выводят его из себя. А теперь вообрази, что наш красавец идет по Манхэттену в новом костюме из Эдгара. По-твоему, он приехал сюда потанцевать на дискотеке?
  Кажется, малого проняло. У него даже появилось осмысленное выражение на лице. Со скрипом завертелись шестеренки в голове.
  - А как гигантский таракан уместился в Эдгаре?
  - Когда припрет, они на многое способны. И когда их припирает, они еще больше бесятся. А разъяренный жук - это машина смерти, которая только того и ждет, чтобы какой-нибудь умник завел ему пружинку потуже.
  Малой вновь взялся изучать горизонт. Ладно хоть перестал изображать из себя дешевого диск-жокея.
  - Ну хорошо, у нас есть плохой парень. Что будем делать? Как мы его найдем?
  - Лезь в машину. Мы возвращаемся.
  - Ас чего ты взял, что этот пареньЕ ну, то есть жукЕ да кто бы он ни был! Почему ты думаешь, что он направляется в город?
  Кей невесело рассмеялся:
  - Жук в муравейнике - ищи следы в морге.

***

  Бигбаг осушал через трубочку последний сосуд, в жидкости было много сахара, но все же недостаточно для полного насыщения. И вкусом она хотя и напоминала данг, но отдаленно: так ветерок, посвистывая в проводах, навевает воспоминания о любимой песнеЕ
  Розенберг показался в дверях. Повозился с замками. В руке его была большая сумка, из которой торчала голова явно живого существа по имени "кошка". Сегодня переводчик-телепат напитался словами и образами этого мира сверх всякой меры. Бигбагу казалось, что он раздулся, как желудочный мешок.
  - Пойдем гулять, - говорил Розенберг кошке. - Встретимся с папочкиным другом, он тебе понравитсяЕ
  Розенберг повернул направо.
  Бигбаг тронул экипаж следом.
  Интересно, зачем они держат этих собак и кошек, думал он. Абсурд. Как резерв пищи на черный день? Уж очень маленькие эти твариЕ Так ни до чего и не додумавшись, Бигбаг приказал себе сосредоточиться на цели своей миссии.
  Он медленно ехал вдоль тротуара. Какой-то пронзительно-желтый экипаж позади него не менее пронзительно гудел. Непонятно, подумал Бигбаг, он что, не может меня объехать?
  Можно подумать, что эта белая линия на дороге - непреодолимая стенаЕ Бигбаг уже изучил кое-какие местные дорожные ритуалы: приветствие поднятием среднего пальца верхней конечности, короткие энергичные выкрики, обозначающие разные степени родстваЕ но до чего же необычными и изощренными методами размножаются аборигены!..
  Сейчас, однако, он решил от приветствий воздержаться, дабы не упустить ненароком Розенберга. Акцию следовало провести быстро и исчезнуть мгновенно, не задерживаясь, как призрак. Не то чтобы Бигбаг опасался чего-то или кого-то. Но, как глубоко верно сказано в уставе, "лучше быть тихим, чем дохлым".
  Пока что все шло как нельзя лучше.
  Это тревожило.
  Розенберг вошел в застекленную с трех сторон постройку. Над дверью висела оставшаяся непонятной даже переводчику-телепату вывеска: "BORJZCH".

***

  Бигбаг обошел заведение с тыла и встал в тени, чтобы сквозь две двери видеть сидящих. Из двери несло такой невыносимой вонью, что сам воздух казался студенистым. И все же он терпел.
  Поскольку - видел все. Перед Розенбергом сидел белесый худой абориген без шерстяного покрова на голове. На коленях Розенберга стояла небольшая деревянная шкатулка и сидела кошка.
  Бигбаг достаточно хорошо владел черновым сканированием, чтобы разобрать: оба были не настоящими существами.
  Стилизованные под аборигенов шагающие экзоскафы. Да, все было ясноЕ
  Пауки встретились.
  Он настроил звуковые сенсоры, чтобы попытаться уловить разговор. Всегда стоит заполучить дополнительную информацию, а живые делятся ею значительно охотнее.
  Разговор шел на аркиллианском.
  - Восставшим из могил пути домой закрыты, поэтому они печальны и сердиты, - говорил Розенберг, поднимая прозрачную полусферу на тонкой прозрачной ножке. В полусфере плескалось что-то, цветом напоминающее лимфу. Бигбаг осознал всю глубокую аллегоричность этой картины. Палач цитирует мертвеца, готовясь испить лимфу нерожденных младенцевЕ - За нас, мой друг.
  - И за мир, - гладкоголовый аккуратно поднес к его полусфере свою. - Пусть нам хоть немного повезет. Тот, кого мы опасаемся, уже на ЗемлеЕ
  - Откуда жуки могли узнать, где я - и кто я?
  - Вероятно, утечкаЕ
  И в этот миг возникла непредвиденная помеха. Красноглазый абориген в белой короткой одежде встал в дверях и сунул в рот маленькую белую палочку. Потом в руке у него вдруг появился огонек, он погрузил в него конец белой палочки, и сейчас же все вокруг окуталось тошнотворным дымом.
  Это был явно какой-то местный наркотик. Бигбаг уже видел подобных губителей своей и без того короткой и мерзопакостной жизни - правда, из кабины экипажа. Он даже не предполагал, что запах этот настолько жуток.
  - Не надо, - сказал он, сдерживая позывы к рвоте. - Не надо.
  - Не нравится - отойди, - сказал абориген. - И вообще, чего ты тут крутишься? Тараканов мы морили на прошлой неделе.
  Бигбаг молча смотрел на него. Если быть холодным и объективным, абориген ни в чем не был виноват. Невинный убийца. Они здесь все - невинные убийцы. И что же - прощать? Всех понимать и всем прощать? Всем все прощать? Он вспомнил: улицы, открытые двери - и повсюду лишь пустые, выеденные изнутри хитиновые панцириЕ так выглядел город-гнездо, когда он вернулся туда со спасательным отрядом. Спасательный отряд. Они - восемнадцать - назвали себя так, чтобы призраки не пытались остановить их. И - чтобы их не остановил собственный страх и неуверенностьЕ
  Понять - это упростить, подумал Бигбаг. А также - простить. Следовательно, упростить - это простить.
  Упрощая ситуацию, мы тем самым прощаем тех, кто в ней замешан. Замешан вольно или невольно.
  Бигбаг опустил руку и расстегнул штаны бедняги Эдгара. Застежка на них была удобная: вжик вверх, вжик вниз. Абориген, приоткрыв рот, смотрел на него. Белая палочка, прилипнув, висела у него на губе. Он явно хотел что-то сказать, осчастливить Вселенную своим последним словом, но не успел: жало, сверкнув коричневой молнией, вонзилось аборигену в глотку.
  Очень осторожно, стараясь не испачкать, Бигбаг содрал с него белую одежду и натянул на себя. Потом сложил тело аборигена и засунул его между подносами металлической тележки, на которой белокостюмные развозили еду. На всякий случай загородил упакованное тело большим черным мешком. В такие мешки они, спасатели, собирали все, что осталось от народа.
  Потом, глубоко вздохнув всеми трахеями и внутренне собравшись, он вошел внутрь здания.
  И его тут же схватили за рукав.
  Он медленно повернулся.
  Сморщенный абориген сидел за столиком. Перед ним лежал его нелепый головной убор, похожий на малый бутлегерский танкер козанострейской цивилизации. Вполне возможно, что с этого катера он и был скопирован, подумал Бигбаг, дикари склонны к таким забавам, а козанострейцы не признают ни границ, ни правительств.
  Если бы они не были точно такими же тусклоглазыми рыхлыми монстрами, с ними вполне можно было бы иметь делоЕ Иметь дела.
  - Официант! - пронзительным тенорком заверещал абориген. - Меня здесь будут обслужать или как?
  - Будут, - чуть запинаясь, признался Бигбаг. - Именно здесь.
  - Значит так. Я хочу pierog, и пусть он будет с хрустящей корочкой, промазанной маслом, а не как прошлый раз - сырое тесто. Я выбросил его тараканамЕ
  Бигбаг левыми ушами слушал клиента, проникаясь к нему невольной симпатией, а правые направил в сторону беседующей парочки.
  - Подумать только, время идет, а вы все так и сидите в этой маленькой серой дыре, - говорил гладкоголовый.
  Розенберг усмехнулся:
  - Ну, не такая уж это и дыра. Скорее прыщик. Вам бы со временем тоже понравилось. Если бы привыкли к запахуЕ
  - Да, запахЕ Выпьем за то, чтобы так пахли наши враги.
  Вот тебе, мрачно подумал Бигбаг. Жало непроизвольно шевельнулось.
  - А еще я хочу свекольник. Простой холодный свекольник. И не зовите это ни "borjzch", ни "borsch" - у вас не умеют и никогда не научатся его готовитьЕ Вы меня слышите?
  - Слышу. Не научатся готовить. Да.
  - Это то, что я думаю? - доносилось справа.
  - Дружок! - почти закричал сморщенный абориген, - я хочу, чтобы ты слушал меня и смотрел на меня, и записывал то, что я тебе говорю, а то опять все будет как в прошлый раз!
  Бигбаг действительно посмотрел на него - и поэтому не увидел, на что указывает гологоловый аркиллианин.
  Розенберг захихикал.
  - Это маленькие блестящие безделушечки для твоих ребятишек. Слушайте, посол, я ждал вас так долго, а вы так долго добиралисьЕ может быть, сначала перекусим?
  Ну нет, про себя зарычал Бигбаг. Если перекусывать - то только пополам! Где ОНА, говори быстро!
  Жало опять шевельнулось. Бигбаг чувствовал, что с конца капает яд.
  Ему нужно было немедленно кого-то убить - просто для того, чтобы разрядиться. Но этот сморщенный абориген кормил своей едой здешних маленьких братьевЕ
  - А чай ты записал в свой блокнот? - въедливо спросил он. И из-за этой реплики Бигбаг не расслышал, что сказал посол.
  Он наклонился к уху клиента и прошептал:
  - Если ты не заткнешься, то я тебя сейчас убью.
  Клиент отреагировал как-то странно: широко раскрыл глаза и рот, чуть отполз назад и вбок вместе с пластиковым сиденьем - и вдруг бросился бежать.
  Недоумевая, что могло так напугать беднягу, Бигбаг повернулся к парочке пауков. Они смотрели на него во все свои горящие глазки. Бигбаг тяжело шагнул и встал перед ними. Над ними. Со вкусом расстегнул штаныЕ
  - Ты можешь убить нас, - храбрясь, пискнул Розенберг, - но галактики ты не получишь!
  - По крайней мере наполовину ты точно прав, - сказал Бигбаг.
  Жало выстрелило в шею Розенберга. И тут же, не медля, - в шею аркиллианского посла. Оба рухнули лицами в еду: мелко нарезанные листья какого-то растения. Бигбаг застегнул штаны.
  Кошка, прячась за шкатулкой, шипела на него.
  Ну, и где же вы это спрятали, Ваше Высочество?
  Он обшарил карманы Розенберга, потом - аркиллианского посла. У посла в карманах была только пыль. У Розенберга - куча всяческих ненужных предметов, в том числе и приспособление для пускания огня из кулака. Дешевый трюкЕ
  Ясно. Как сказано в уставе, "проверь все, что не можешь унести, и унеси все, что можешь". Непроверенным остается единственное местоЕ
  Бигбаг легким движением смахнул со шкатулки кошку, подхватил шкатулку, повернулся к выходу.
  Дорогу пытались преградить аборигены. БезрассудствоЕ Он отодвинул их с пути и вышел, не обращая внимания на вопли и хруст частей их хрупких скелетов.
  Конечно, можно было бы иЕ
  Он сбавил шаг. От сдерживаемого возбуждения воздух засвистел в трахеях.
  Нет. Зачем убивать этих несчастных мерзавцев, если они все равно завтра в последний раз увидят восход своего жалкого, гнусного, засиженного мухами светила?
  Кошка шипела и шкворчала ему в спину, словно ее уже поджаривали лазеры балтианских крейсеровЕ

«««Назад | Оглавление | Каталог библиотеки | Далее»»»