Sponsor's links:
Sponsor's links:

Биографии : Детская литература : Классика : Практическая литература : Путешествия и приключения : Современная проза : Фантастика (переводы) : Фантастика (русская) : Философия : Эзотерика и религия : Юмор


«««Назад | Оглавление | Каталог библиотеки | Далее»»»

прочитаноне прочитано
Прочитано: 84%

***


  "Еявляются такими же подданными Северной короны, как и люди других сословий. Все пункты параграфа "О мерах и взысканиях" относятся к ним в полном объеме.
  В случае особо тяжких преступлений (убийство членов королевской семьи, уклонение от уплаты налогов в военное время) к лицам магического звания применяется тюремное заключение на срок до трехсот лет.
  ЕНазначенные маги при помещении в узилище должны быть лишены инициирующего предмета (предмет передается аттестационной комиссии, присвоившей данному магу магическое звание).
  Наследственные маги должны быть помещены в узилище особой конструкции, с учетом их магических возможностей. В помещении узилища должны быть созданы условия для постоянного расхода магических сил (прибывающая вода либо опускающийся потолок, то есть факторы, которые заточенный маг для сохранения своей жизни должен сдерживать магическим усилием). Маг, лишенный полного запаса сил, не сможет применить активное магическое воздействие для своего освобождения.
  При формировании экстремальных условий в узилище для магов следует соблюдать меру: угроза жизни мага должна строго соотноситься с его возможностями, ведь он приговорен к заточению, а не к смертиЕ"

***


  Уже через два квартала - с момента моего приезда в город прошло едва ли полчаса - я обнаружил, что за мной следят. Сперва шпион был один, потом их стало двое, потом и патруль, мирно прохаживавшийся вдоль улицы, изменил направление и неторопливо двинулся за мной. Я прибавил шагу - патрульные, зачем-то взявшись за оружие, поспешили тоже.
  Стало быть, прево помнил об оскорблении. Стало быть, прево был введен в заблуждение известием, что заклинание Кары использовано; стало быть, я напрасно приехал в столицу. Меня ждут приключения.
  - Любезный господин! Погодите-ка минуткуЕ
  Годить я не стал. Наоборот, резко свернул в подворотню, нырнул за чью-то пустую телегу и напялил личину; бряцающий оружием патруль появился через минуту, наполнил двор невнятными ругательствами, запахом пота и табака, сорвал развешанное на веревках белье, до смерти напугал какую-то женщину с деревянным ведром - но не обратил внимания на грязного карапуза лет шести, меланхолично сидящего под забором на мешочке с самоцветамиЕ
  Они убрались. Я еще посидел, потом встал, закинул мешочек на тощее маленькое плечо, другой рукой прижал к груди футляр с Карой - и так, согнувшись под многократно возросшей тяжестью, выбрел на улицу.
  Увиденная снизу вверх, улица впечатляла. Грохотали по мостовой огромные ноги, обутые в огромные деревянные башмаки; где-то там, в вышине, проплывали угрюмые лица; раньше я их не видел. Раньше они все прятали глаза, встретив на улице благородного господина, магаЕ
  - Эй, малой, куда прешь? Где твоя мамка? Меня поразила фантастичность, какая-то необязательность происходящего. Где я? Кто я? Зачем я иду, куда? Чего хочет от меня этот высокий мастеровой с седыми бровями, с неровно подстриженной пегой бородкой?
  - Ну ты, малой, иди себе, я тебя не трогалЕ Иди, идиЕ
  Он смутился? Что это, страх? Откуда, я ведь всего лишь посмотрел, просто глянул - с высоты детского ростаЕ
  Хромая и волоча ноги, я подошел к зданию Клуба Кары. Остановился, борясь с неприятным чувством, с болезненной уверенностью: стоит мне войти - и под часами в глубине зала за маленьким столиком обнаружится Ора. Будет сидеть, надменная, с глазами, подведенными разноцветной тушью. И я пойду к ней - через весь залЕ
  Я развернулся и побрел прочь.

***


  Он шагал по противоположной стороне улицы; я узнал его не сразу. Я мог бы и вовсе его не узнать - и немудрено. Он изменился.
  В нашу первую встречу он был подавлен свалившимся на него горем. Голос его был бесцветен, как и брови, как и усы, а лицо казалось бесформенным белым пятном; теперь оказалось, что усы у него русые, брови темные, на щеках играет румянец, оказалось, что он смеется - смеется! - и ступает легко, как танцор, и на руку его опирается женщина - юная, хорошенькая, влюбленная. И счастливая - на всю улицу, на весь мир.
  "Три с половиной года назад у меня похитили дочьЕ"
  Это был он, торговец зельями. Только вместо черной клубной шляпы на нем была обыкновенная, элегантная, хоть и видавшая виды.
  "Я знаю, что моя дочь погиблаЕ Ее похититель, он же убийца, скрывается сейчас за океаномЕ Он окружил себя телохранителями, зная, что остаток моей жизни будет посвященЕ"
  Значит, торговец зельями нашел-таки способ отомстить? И, отомстив, успокоился?
  Наверное, я никогда этого не узнаю. Потому что перейти улицу и спросить - не решился.

***


  "Ев возрасте восьми месяцев он уверенно сидит и пытается подняться на ноги. В возрасте двенадцати месяцев он уже обычно ходит; малый ребенок способен натворить немало бед, если за ним не присматривать, однако наследственный маг способен натворить стократ больше. Начиная с четырнадцати месяцев не спускайте с сына глаз! Ни его мать, ни нянька, ни кормилица не способны будут удержать его, когда он возьмется за свои первые, неосознанные магические опыты.
  Опыт первых магических воздействий ребенок получает между годом и двумя. Поскольку абстрактное мышление у него не развито, то и первые интуитивные заклинания имитируют известные ребенку предметы и служат для достижения сиюминутных конкретных целей: например, если конфеты на столе, а до стола не дотянуться - ребенок удлинит собственную руку. (Известен также пример маленького мага, который, проснувшись в мокрой кроватке, немедленно высушивал и простыни и матрас. Мать хвалила его за чистоплотность и сдержанность - секрет открылся только тогда, когда однажды утром простыни оказались прожженными до бурых пятен: малыш не рассчитал усилия)Е"

***


  - Как доложить о вас, господин? - спросила перепуганная дамочка в сером как мышь платье - униформе старых дев.
  - Доложите господину прево - Хорт зи Табор, наследственный маг вне степени, желает поговорить с ним с глазу на глаз.
  Глаза у дамочки сделались как стеклянные подвески на люстре. Видимо, Имя зи Табора она уже где-то слышала. И, видимо, ей и в страшном сне не мог явиться зи Табор, вот так запросто стоящий посреди приемнойЕ
  Впрочем, стоял я недолго. Выбрал кресло поуютнее, уселся, поглаживая глиняного уродца у себя на коленях, - со стороны казалось, наверное, что я притащил котенка прево в подарок.
  - Господин зи Табор, - сказала дамочка, вернувшись, причем на щеках у нее имелись неровные красные пятна. - Господин прево готов принять васЕ прошуЕ
  Смирный, как черепаха, я проследовал за ней в знакомый уже кабинет.
  Прево сидел в кресле, обе его руки лежали поверх вырезанных на подлокотниках львиных лап. Прево не выглядел даже удивленным - все та же меланхоличная усталость, все те же припухшие веки, все так же поджатые губы. Плечи, ширине которых позавидовал бы любой кузнец, опустились под грузом забот. И только глаза, старательно ускользавшие от меня во время первой нашей встречи, теперь не желали прятаться. Смотрели в упор - две желтые пуговицы на заурядном в общем-то лице.
  - Приветствую, дорогой зи ТаборЕ И замолчал, положив неподвижный латунный взгляд мне на переносицу.
  - Привет и вам, - сказал я. Огляделся в поисках кресла для гостей; не нашел. Щелкнул пальцами, производя аккуратную козетку. Уселся; прево не проявлял ни нетерпения, ни раздражения, ни злобы, ни радости - просто молчал, разглядывая меня. Молчание висело между нами, как мертвый маятник.
  Он мог бы сказать, что был удивлен, когда шпионы принесли ему шокирующую весть о заклинании Кары: оно не использовано на королевском приеме, оно по-прежнему на поясе Хорта зи Табора. Он мог бы напомнить, что власть моя все равно закончится, и самое большее через два месяца. Он мог бы позлорадствовать, он мог бы фальшиво посочувствовать - но он молчал, и по его взгляду совершенно невозможно было понять, чего мне ждать в следующую секунду.
  - Давно не виделись, - сказал я мрачно. Прево медленно кивнул:
  - Да-даЕ У вас неприятности. Мне пришлось сделать над собой усилие, чтобы сохранить хотя бы внешнюю невозмутимость.
  - ЕНеприятности, - со вздохом повторил прево. - У вас лопнула банка, пришлось воспользоваться заемными деньгами, и ваш бывший друг барон Ятер предоставил вам необходимую сумму - ссудил без процентовЕ Очень благородно с его стороны, учитывая поединок, случившийся между вами не так давно, учитывая, что причиной поединка была женщинаЕ
  И снова замолчал, наблюдая, а я не выдержал и отвел глаза. Не только сабая поставляет людям сведения. Вот же, господин прево преуспел и без сабаиЕ Прево вдруг усмехнулся:
  - А вы мне даже симпатичны. Такая трогательная самоуверенностьЕ Знаете, заклинание Кары погубило, оказывается, многих. Ощущение власти, вседозволенности - и человек уже не может остановиться, летит по тонкому льду и с разгону попадает в полыньюЕ Вот вы уже в двух шагах от полыньи, хотя, возможно, все еще в это не веритеЕ
  - Я рад вашей осведомленности, - сказал я глухо. - И буду счастлив, если вы примете во внимание полнейшее мое равнодушие и к вам, и к вашим угрозам, будь они хоть трижды выполнимымиЕ
  - Тогда зачем же вы пришли? - живо поинтересовался прево.
  - За тем, что вы можете мне дать, господин прево, - за информацией. Я хотел бы знать, каким образом и от чьей руки погибла госпожа Ора Шанталья, назначенный маг третьей степени.
  Он смотрел на меня, все еще улыбаясь; мне хотелось протолкнуть эту улыбку глубоко ему в рот - но злости при этом, как ни странно, не было. Море не злится, захлестывая обломки корабля.
  Он перестал улыбаться. Руки его соскользнули с львиных лап; пальцы сплелись перед грудью:
  - Магистрат не предоставляет сведения частным лицам.
  - Знаю, - сказал я. - Мы с вами как-то поссорились по этому поводу, помните?
  - Вы снова станете угрожать мне Карой? - спросил он озабоченно. - В самом деле? Я переоценил вас, Табор.
  - Угрожать не стану, - сказал я. - Просто покараюЕ поскольку выхода у меня все равно нет. Если я оставлю вас в живых, спустя два месяца вы напомните мне о нашей ссореЕ
  Он укоризненно опустил краешки губ. Пожал плечами:
  - А если я буду мертв - вам напомнятЕ
  - Знаете, - сказал я, проникновенно глядя в его желтые плошки, - мне ведь совсем не страшно. Ни на волосок. Моя жизнь, даже моя свобода, даже мое доброе имяЕ как-то сразу упали в цене. Я не дорожу ими. И я ничего не боюсьЕ в отличие от вас. Вам приходится ежесекундно думать о том, как вы выглядите в глазах подчиненных, и что подумает о вас король, и не обидится ли на вас жена, и достаточно ли уважают ли вас дети. Вы ежедневно, ежечасно должны доказывать ваше право на обладание всеми этими необходимыми вещами: уважением, привязанностями, страхом, который вы внушаете обывателям, верностью, которую вы блюдете по отношению к тронуЕ А не подтвердив своего права, вы начнете терять, и потеря каждой маленькой крупицы будет столь же болезненной, как утрата всего состояния сразу. Вы похожи на крестьянина, с тонким прутиком в руках охраняющего свое поле от воронья. Вы похожи на скупца, трясущегося над сундуком с ветошью. ВыЕ
  Я запнулся, пораженный собственным красноречием.
  - Как интересно, - проговорил прево, опуская веки.
  Мне захотелось встать и уйти. Прево еще помолчал. Коротко вздохнул:
  - Пойдемте.

***


  Он шел передо мной, все вниз и вниз, и в некоторых особенно узких местах ему приходилось протискиваться боком. Я вяло думал, что, будь прево магом, на одном таком плече поместились бы в ряд три крупные совы или четыре мелкиеЕ
  Становилось все холоднее. Мы спускались в ледяной погреб под ратушей, и я понимал, зачем мы туда идем, но с каждым шагом это понимание отдалялось все дальше и дальше, я гнал его, я ни о чем не думал, так было проще, ведь у меня есть еще время - десять ступенекЕ девятьЕ восемьЕ
  Некто в черном долго возился с замком. Я ожидал, что железная дверь заскрипит невыносимо и жутко, но она открылась легко и без единого шороха - в хозяйстве у прево все петли своевременно смазывались. Навстречу нам плеснуло совсем уже зимним холодом; где-то там, под темным потолком, висело заклинание-заморозка. Напротив входа, у стены, стояли в ряд четыре сундука со стальными крышками; металл подернулся инеем, напоминая о санных прогулках, о зимнем лесе, о затянутых изморозью окнах, за которымиЕ
  - Ее обнаружили на прошлой неделе, - сухо, сказал прево. - А умерла она, по-видимому, много раньшеЕ Около месяца назад. Ее огрели топором по голове, умирающую, ограбили и бросили в колодецЕ Как у вас с нервами, Табор?
  - Отлично, - сказал я сухими губами. - Не хуже, чем у вас.
  Некто в черном аккуратно снял замок. Откинул крышку сундука, кивнул мне, приглашая подойти, поощрительно так кивнул, будто купец, выставляющий на обозрение достойный зависти товарЕ
  - Ее никто не опознал до сих пор, - поморщившись, сообщил прево. - Блондинка, лет примерно тридцать. Убийц не нашли пока - но найдем, будьте спокойны, в этом городе очень редки нераскрытые преступленияЕ А ее пришлось бы хоронить как неизвестную - если бы не вы, зи ТаборЕ
  Я слушал бахвальство, явственно звучащее в его голосе, и смотрел на сундук с откинутой крышкой.
  Из сундука торчала синяя женская рука с черными ногтями.
  "Шанталья Ора. Назн. маг 3-й ст., ныне покойн.".
  Дыня. Поле.
  Зверька, бегущая через лопухи.
  Глаза, подкрашенные разными тенями. Насмешливые губы. "Если бы у вас была сова - я пожелала бы ей здоровья".
  Сверкающая сталь в руке ЯтераЕ "Или вы боитесь проиграть?"
  Я стоял, не решаясь сделать двух шагов, а мой враг смотрел на меня едва ли не с сочувствием. Как холодноЕ
  Я шагнул. Наклонился, насилуя негнущуюся спинуЕ И увидел.

«««Назад | Оглавление | Каталог библиотеки | Далее»»»



- без автора - : Адамс Дуглас : Антуан Сен-Экзюпери : Басов Николай : Бегемот Кот : Булгаков : Бхайравананда : Воннегут Курт : Галь Нора : Гаура Деви : Горин Григорий : Данелия Георгий : Данченко В. : Дорошевич Влас Мих. : Дяченко Марина и Сергей : Каганов Леонид : Киз Даниэл : Кизи Кен : Кинг Стивен : Козлов Сергей : Конецкий Виктор : Кузьменко Владимир : Кучерская Майя : Лебедько Владислав : Лем Станислав : Логинов Святослав : Лондон Джек : Лукьяненко Сергей : Ма Прем Шуньо : Мейстер Максим : Моэм Сомерсет : Олейников Илья : Пелевин Виктор : Перри Стив : Пронин : Рязанов Эльдар : Стругацкие : Марк Твен : Тови Дорин : Уэлбек Мишель : Франкл Виктор : Хэрриот Джеймс : Шааранин : Шамфор : Шах Идрис : Шекли Роберт : Шефнер Вадим : Шопенгауэр

Sponsor's links: