«««Назад | Оглавление | Каталог библиотеки | Далее»»»

Прочитано: 64%

Глава 17

  Мне однажды рассказывали, что больше половины молодых авторов, присылающих свои гениальные творения в издательства, начинают роман сценой похмелья. Герой разлепляет глаза, мужественно хватается за раскалывающуюся голову, вспоминает количество выпитого, грызет аспирин и жадно пьет воду. Затем, героически справившись с последствиями собственной дурости, он надевает кольчугу или скафандр, берет портфель или клавиатуру, выходит в поход или интернет. Но отважный поединок героя с ацидозом, спазмом сосудов и обезвоживанием практически неизменен. Наверное, таким образом молодые авторы заставляют читателя влезть в шкуру своего героя - ведь немногим выпадает спасти Галактику или победить Черного Властелина, зато сражение с Зеленым Змием знакомо почти всем.
  На самом деле я сомневаюсь, что напившийся накануне герой, будь он хоть жилистым гномом, хоть молодым джедаем, многое навоюет с похмелья. С похмелья хорошо страдать, мечтать о здоровом образе жизни, тупо смотреть телевизор. Но никак не геройствовать.
  Я открыл глаза и сразу же понял, что должен страдать. Раз уж напился до такой степени, что не смог дойти до кроватиЕ
  Но голова не болела, я чувствовал себя свежим, бодрым, полным сил. Выспался тоже замечательно. Пожалуй, действительно мог прилечь в снегу у башни, ничего бы со мной не сделалось.
  Еще я обнаружил, что укрыт одеялом, а под голову мне подсунута подушка.
  ТакЕ
  Поднявшись на второй этаж я в своей кровати никого не обнаружил. Зато с третьего этажа доносился негромкий шум - звякала посуда. Ну, прямо семейная идиллия. "Дорогая, что у нас сегодня на завтрак?"
  - Дорогая, что у нас сегодня на завтрак? - бодро выкрикнул я.
  Звяканье на мгновение прекратилось, сменившись невразумительным мычанием. После короткой паузы - будто кто-то торопливо дожевывал и проглатывал, я услышал:
  - Подозрительно пахнущая колбаса и черствый хлеб. Будешь?
  - Буду, - ответил я, поднимаясь.
  Да, выглядела Настя не очень. Лицо бледное, под глазами темные круги. Она стояла у стола, нарезая колбасу для бутербродов. Из одежды на ней была только моя белая футболка, достаточно длинная, чтобы фотография Насти не попала в категорию "ню", но вполне годилась под определение "мягкая эротика" - попа прикрыта, но до колен еще далеко.
  - Как ты себя чувствуешь? - спросил я.
  - Ужасно, - откровенно ответила Настя. - Хочу жрать. Не есть, а именно жрать. И еще злюсь. И хочу кого-нибудь убить.
  - Ужасно - это хорошо,? сказал я. - А вот убивать - плохо.
  - Неужели есть опыт? - насмешливо спросила Настя.
  - Твоими стараниями. "Отправляйтесь за мной, найдите Белую Розу, человек ответит на все вопросы".
  - ИЕ что? - Настя изменилась в лице. Теперь она смотрела на меня с растерянностью и опаской.
  - Я отправился. В гостинице "Белая Роза" нас ждала засада. Ну иЕ
  Девушка энергично замотала головой:
  - Нет! Нет, это не то, что вы думаете! Совсем не то!
  Я сел за стол. Взгляд все пытался съехать чуть ниже футболки, но я с некоторым усилием посмотрел Насте в глаза. Все равно она то ли заметила, то ли почувствовала взгляд. Села. Теперь нас разделял стол.
  - Рассказывай, - велел я. - Кто ты вообще такая?
  - Настя ТарасоваЕ - то ли известие о засаде ее шокировало, то ли я взял удачный тон. В любом случае теперь она отчитывалась передо мной, будто примерная школьница, застуканная мамой с сигаретой и бутылкой пива за просмотром лесбийского порнофильма.
  - Прекрасно. Сколько тебе лет?
  - Девятнадцать.
  - Замечательно, - с чувством произнес я. - Школу-то хоть кончила?
  - Что? ЯЕ я в университете учусь!
  - На физмате, - хмыкнул я.
  - Нет, на историко-архивномЕ
  Я решил было, что она иронизирует. Но нет, чутье таможенника подсказывало, что Настя говорит чистую правду.
  - Учишься - это хорошоЕ - протянул я. - Что за мужик, с которым ты прошла через башню?
  - Вас не касается!
  - Меня все касается! - я не удержался, и взял со стола готовый бутерброд. - Наворотила дел? Теперь рассказывай! Кто он такой?
  - НуЕ друг.
  - Друг, - с иронией повторил я.
  - Это не то, что вы думаете!
  - Да я все время, похоже, не то думаю! Меня не интересует, трахаешься ты с ним или нет! Кто он такой?
  - Врете, - внезапно сказала Настя. - ИнтересуетЕ Да, он мой любовник! Я взрослый человек!
  - Кто он?
  - Бизнесмен. Он инвестированием занимаетсяЕ и консалтингом.
  - Понятно. Достойнейшее занятие. Откуда он знает про функционалов?
  И чего я так завелся? Неужели и впрямь приревновал?
  - А то у вас занятие лучше, двери открывать-закрывать, - пробормотала Настя. - Он хороший человек. Между прочим, налоги честно платит, он мне сам говорилЕ
  - Сейчас все честно платят. Так откуда знает?
  Настя пожала плечами:
  - Я не спрашивала. Он мне полгода назад рассказалЕ я вначале думала, что это шуткаЕ потом мы стали в Кигим ходить, в другие городаЕ
  - В Кимгим.
  - Да какая разницаЕ Я с ним часто ходила, только через другие таможни. А тут он позвонил, говорит, в четверочке концерт будет замечательныйЕ
  - В четверочке?
  - Ну, Земля-четыре, АнтикЕ Из Москвы туда дорога неудобная, проще через башню у Семеновской в девятый, так километр пешком и другая башня, а там уже удобно в АнтикЕ
  Я вдруг подумал, что таможни, похоже, тяготели друг к другу. Если бы их разбрасывало по мирам хаотично, ситуации "километр пешком" вряд ли бы встречались. А тут - и у меня в пределах досягаемости башня в Кимгиме, башня в НирванеЕ наверняка и московские башни есть.
  - Хорошо, двинулись вы в Антик на концерт, - сказал я. - Дальше.
  - Я к Мише приехала, а он говорит, тут новая таможня появилась, можно через Кимгим, быстрее будет. Там правда снова на Землю, через Вейсбаден, зато потом во Франкфурт - и оттуда очень удобный путь в АнтикЕ
  Я посмотрел на девушку с каким-то новым чувством. Конечно, в наше время не редкость услышать фразу: "Слетали на выходные в Крым" или "Смотались на уик-энд в Турцию". Да и туристы, выбирающие затейливые маршруты "Прилетаем во Францию, потому что визу получить нетрудно, арендуем машину, едем в Италию и там оттягиваемся" - вполне обычный средний класс. Об автостопщиках, с сотней евро в кармане путешествующих в Португалию и обратно, вообще говорить нечего.
  Но вот такЕ в один мир на концерт через два других, чтобы время сэкономить - это сильно.
  - Концерт-то хороший был? - спросил я.
  - Мы не добрались. Жаль. Это группа "Край", барабаны и флейты, очень красивоЕ - Настя вдруг смутилась. - Вы ведь не слышали?
  - Ладно, не будем отвлекаться, - сказал я. А сам подумал о всех тех бесчисленных группах, которые иногда слышишь в гостях, или находишь в интернете. Группах со странной этнической музыкой, о которых нет никакой информации - только записи или файлы, да свой узкий круг поклонников, живущий сплетнями и мифами. Сколько таких групп на самом деле не принадлежит нашему миру? Сколько записей пришло из Кимгима, Антика или другого обитаемого мира, чтобы раствориться в океане земной музыки? - Вы решили идти через мою таможню. Что означала твоя записка?
  - Она не моя.
  - Настя, я видел, как ты ее бросила.
  - Да, бросила. Миша меня попросил.
  - Что?
  Настя вздохнула:
  - Миша. Меня. Попросил. Говорит - давай пошутим над таможенником. Он совсем еще мальчик, ничего толком не понимает. Подбросим ему записку, таможенник отправится за нами, найдет гостиницу, старуха ему все расскажет. Мы там однажды ночевалиЕ
  Она замолчала, глядя на меня честными-пречестными голубыми глазищами. Я покачал головой и сказал:
  - Да, у тебя было время подготовитьсяЕ Настя, я таможенник.
  Настя развела руками:
  - И что?
  - Я ложь чувствую. Давай без глупых выдумок. Зачем ты заманивала меня в гостиницу?
  - Мы ничего плохого не хотелиЕ
  - Ну да. Поэтому толпа молодых идиотов пытала старуху и гостиничную прислугу. Даже ребенка. А потом напали на меняЕ - я сделал паузу, и Настя не преминула ее заполнить:
  - Иллан жива?
  - Девушка? Бывший доктор-функционал? - иногда я соображаю довольно быстро. - Вопросы задавать будешь потом. Сейчас твоя очередь отвечать.
  - Почему это? - вдруг заупрямилась Настя.
  - Может быть потому, что я функционал? - я взял со стола ложку и аккуратно завязал ее в узел. Пальцы заболели, но узелок получился неплохой.
  - Тоже мне, Шерлок Холмс,? фыркнула Настя.
  - Тогда, может быть, ты ответишь из благодарности? - спросил я. - За то, что сидишь здесь и пьешь чай, а не пускаешь слюни в восхитительной компании торчков.
  Она покраснела.
  - СпасибоЕ я действительноЕ
  - Рассказывай, - велел я.
  Настя колебалась. Потом тряхнула головой - "была не была". И выпалила:
  - Я подпольщица.
  - И давно?
  - Пять лет.
  - Ого! - я удивился. Похоже, она говорила правду. - Ходила в кружок "Юный подпольщик"?
  - Я спасла Иллан. Она рассорилась со своимиЕ в общем, ушла в наш мир. За ней гнались. Я ей помогла спрятатьсяЕ и она мне все рассказала.
  - А ты ведь не случайно познакомилась с хорошим человеком Мишей, - медленно сказал я. - По заданию подполья.
  - Вас не касается! - опять вскинулась Настя.
  - Хорошо, хорошоЕ - успокоительно сказал я. - Как скажешь. Расскажи тогда мне, злому функционалу, против чего вы, отважные и добрые девочки, сражаетесь?
  - Зря иронизируете, - сказала Настя. - У нас и парни, и девушки. И яЕ я вас не считаю злым. Мне очень жаль, что на вас напалиЕ что все так повернулось, - она вдруг улыбнулась и неожиданно добавила: - Вы очень симпатичный.
  Я растерялся. И буркнул:
  - Куда мне до МишиЕ Слушай, давай на "ты". Я тебя не намного старше.
  - Тем более после того, что вчера былоЕ - Настя улыбнулась. Ее растерянность прошла. Наверное, после того, как она заметила, что нравится мне.
  Вот так всегда! Стоит только девушке понять, что она симпатична парню, и сразу начинается кокетство и самомнение.
  - К моему большому сожалению, - вздохнул я, - ничего не было. Кроме холодного душа. Ну что, мы на "ты"?
  - Как хочешь.
  - Настя, я функционал всего три дня. Я, конечно, многого не понимаю. И меня никто не спрашивал, хочу я им стать, или нет. Но я пока не вижу ни одной причины, из-за которой симпатичной молодой девушке надо с функционалами воевать.
  - Мы воюем против власти функционалов.
  - Тум-тум! - я перегнулся через стол и постучал Насте по голове. Она так растерялась, что даже не отпрянула. - Есть кто дома? Нет никогоЕ Какая еще власть?
  - Во всех мирах вы поддерживаете контакты с местной элитой и работаете на нее! - выпалила Настя. - Пользуетесь благами, недоступными обычным людям. Имеете тайную полицию. Скрываете правду о возможности путешествий между мирами.
  Я пожал плечами:
  - Чудовищные преступления, что и говорить. И в чем преступность общения с местной элитой? Разве функционалы принимают законы? Давят на правительства?
  - Не знаю, - честно сказала Настя. - Но вы срослись с властьюЕ
  - Все в мире срослись с властью. Поэты восхваляют правителей, бизнесмены лоббируют удобные законы. Мы-то здесь при чем? У нас своя жизнь. Мы вынуждены подчиняться местным властям, а не они - нам. Прислуживаем, да.
  - Вот именно! Служите власти, а не народу!
  - А как ты себе представляешь прислуживание функционалов народу? Один функционал приходится на сотню тысяч человек. Может доктор-функционал принять в деньЕ ну, хотя бы тысячу больных? Или я - пропустить сквозь башню на пляж десять тысяч желающих позагорать?
  - Почему бы и нет? - с вызовом сказала Настя. - Открыл двери - и пусть идутЕ
  Я секунду подумал. И покачал головой:
  - Нет, не выйдет. Я обязан лично поговорить с каждым. Проверить, нет ли у него контрабанды. В любом случае на каждого человека уйдет не меньше минуты.
  - С чего ты взял?
  - Чувствую, - ответил я. - НуЕ это просто знание в чистом виде. Настя, я не могу открыть все двери в башне нараспашку. Так не бывает. Не сработает. Человек должен войти. Я закрываю за ним дверь. Общаюсь. Выпускаю в другой мир. Никакой функционал не сможет прислуживать всем желающим. Вот как не могут все сесть в самолет и слетать на выходные к морю - не хватит самолетов, топлива, аэропортов. Так и у меня есть свои возможности. А мастер-парикмахер, к примеру? Говорят, такие восхитительные прически делаетЕ люди глаз не могут оторвать. Но тоже - двоим, троим, пятерым в деньЕ
  Кажется, я Настю убедил.
  - Хочешь сказать, что вы - вроде предметов роскоши? - ехидно спросила она.
  - Ну, не предметовЕ Представь себе певца. У него чудесный голос. Все хотят его услышать. Но он может дать один концерт в день. Что же, певец виноват, что не угодит всем? Или врач, который делает уникальные операции и тысячи больныхЕ
  - Ладно, - Настя поморщилась. - Но почему вы прислуживаете только власти?
  - Почему же власти? - ответил я вопросом. - Тут ко мне сатирик заходил. Певец одинЕ с друзьями. Твой приятель - бизнесмен. Все, кто добивается успеха, рано или поздно о нас узнают и становятся нашими клиентами. Так, поехали дальше. Ты говоришь, что мы пользуемся своими способностями для себя?
  Настя молчала.
  - Ты такую поговорку слышала: "сапожник без сапог"? Странно было бы, если бы друг друга не лечили, не кормили, не помогали отдыхать, не защищали в конце концов! Не бывает такого, Настя! Не бывает на свете голодных поваров и бездомных хозяев гостиниц! Что еще? Тайная полиция?
  Настя кивнула.
  - А кто нас защитит? Что же мне, в милицию бежать, если что-то случилось? Когда твои друзья напали на старушку и невинных людей, ей помогающих в гостинице? Вы нас обвиняете в чем-то, а сами-то какие методы используете?
  - Я не знала, что так произойдет! - воскликнула Настя. - Мы хотели захватить несколько функционалов. Тебя, поскольку ты совсем неопытный и еще не все двери открыл и Феликса, потому что он в Кимгиме за главного!
  Она осеклась, сообразив, что сболтнула лишнего. Но я не стал пока привязываться к словам. Спросил:
  - Последний пункт. Ты говоришь, мы скрываем правду о существовании параллельных миров. Допустим. А что произойдет, если мы эту правду откроем? Представь, сколько авантюристов кинется захватывать новые мирыЕ и не только те, где нет людей, в первую очередь им захочется захватить миры населенныеЕ Если мы расскажем про другие миры, но не откроем прохода - нас начнут ненавидеть. Мы, конечно, покрепче людей, но против армии вряд ли выстоим. У нас-то никаких армий нет. Подгонят танки иЕ
  - Башню вроде твоей можно уничтожить только ядерным взрывом.
  - Не думаю, что это кого-то остановит, - сказал я мрачно. - Настя, пойми, наша малочисленность вынуждает нас скрываться. Мы не в силах облагодетельствовать весь мирЕ все миры. Но по мере сил мы помогаем людям, способствуем прогрессуЕ
  - Ты заговорил как функционал.
  - Я и есть функционал. Хорошо, если я не прав, то скажи - в чем?
  - Иллан бы все объяснила.
  - Ты сама даже не знаешь, зачем против нас борешься, - укоризненно сказал я.
  - Потому что тыЕ ты как-то все совсем иначе объясняешь! - Настя явно была расстроена. - Те же самые вещи, только когда ты про них говоришь - все вроде бы и нормально.
  - А ты сама думай, своей головой, - с удовольствием сказал я. - Тоже мнеЕ герой подполья, радистка КэтЕ Зачем я вам понадобился?
  - Ты новичокЕ и у тебя не все двери были открыты. Иллан говорила, что нам нужна Земля-один. Это ключевой мир.
  - А она существует?
  - Конечно! - Настя глянула на меня с укоризной. - Наша Земля - вторая. Иллан считает, что функционалы пришли с Земли-один.
  - Я наш, местный.
  - Ну да. Но первые функционалы пришли с Земли-один. И они держат свой мир закрытым от всех.
  - Кто - они?
  - Мы не знаем. Их, наверное, не очень много.
  - Теория заговора, - сказал я с чувством. - Понимаешь? Когда все на свете объясняют чьими-то интригами. Масоны, инопланетяне, тайное мировое правительство.
  - Последнее подходит.
  - Да нет ничего подобного! - я махнул рукой и встал. - Всем нужна моя несчастная башня. Политик мечтает заглянуть в будущее. Вы ищете Землю-один, которой не существует.
  - Кто тебе сказал?
  - Феликс.
  Настя надулась и промолчала. Но я уже завелся:
  - Вот что я тебе скажу, дорогая гостья - иди-ка ты домой. Учи уроки. Порадуй маму и папу хорошим поведением. В парикмахерскую сходи, прихорошись для дяди Миши, он любит симпатичных девочекЕ Кстати, а где он?
  Я вдруг сообразил, что до сих пор не выяснил, как Настя оказалась в Нирване.
  - Не знаю. Мы вышли в Антике и тут к нам подошлиЕ двое местных. Полицейский и кто-то еще.
  - Функционалы?
  - Да. Они узнали откуда-то, что я связана с подпольем. Стали меня расспрашивать. Я молчала. Потом сказала, что мне надо в туалет и попыталась убежать. НуЕ меня догнали. Не знаю, что сделали, только я очнулась уже там, в деревне. Я знала, что это такое. Нам рассказывали про Нирвану. ТолькоЕ я все знала, а встать и уйти не могла.
  - А твой друг?
  Она промолчала.
  - Понятно, - я кивнул. - Впрочем, не стоит его винить.
  - Он бы меня обязательно спас! Что ж ему было, кидаться на полицейского? Он бы добрался до Нирваны, только позже!
  Настя вся напряглась, глаза у нее заблестели - она явно приготовилась к спору. И я не стал перечить.
  - Да, пожалуй, это разумно, - согласился я. - Ладно. Очень приятно было познакомиться, Настя. Рад, что ты себя хорошо чувствуешь. Пиши письма, шли телеграммы. Будешь проходить мимо - проходи.
  Настя резко встала:
  - И тебе спасибо, таможня. Прислужничай дальше, у тебя здорово получается! Хозяева будут довольны!
  Она встала и гордо двинулась к лестнице.
  - Меня Кирилл зовут, - сказал я вслед. - Ты так и поедешь - в футболке на голое тело?
  Настя остановилась как вкопанная. Красиво уйти не получилось.
  - ПошлиЕ
  Я отдал ей свои старые джинсы. Сидели они на ней мешком, но проколов в ремне новую дырку, их удалось закрепить на поясе. А вот кроссовки пришлись почти впору, всего на размер или два больше - у Насти оказались крупные ступни.
  - Ты живешь где?
  - На Тимирязевской.
  - Держи.
  Я протянул ей две сотни - на такси хватит. Настя без ложной скромности спрятала их в карман. Потом на ее лице отразилось недоумение - она порылась в кармане и достала мой не слишком свежий носовой платок. С отвращением бросила на пол и вытерла руку о штанину.
  Я сделал вид, что не заметил этого. Глянул в окно - дождя в Москве не было. Холодно, но солнечно. Что ж, померзнет чуток. Куртку я отдавать не собирался.
  - Таможня, а кудаЕ
  - Кирилл.
  - Кирилл, а куда ты открыл новое окно?
  Действительно. А ведь проход должен был открыться!
  - Тебя это уже не касается,? сказал я. - Извини, но твои прогулки по измерениям закончились. Всего доброго.
  Настя молча спустилась вниз. Я отпер дверь, выпуская ее в Москву. Вопросительно посмотрел в глаза. Интересно, молча уйдет, пытаясь держать марку?
  - Спасибо, - с явной неохотой сказала Настя. - За одеждуЕ ну иЕ вообще. Несмотря на наши идеологические разногласия, ты ведешь себя очень достойно. Как мужчина.
  А вот теперь она развернулась и надменно вскинув голову двинулась к дороге. Удивительно, но даже в моих старых тряпках она выглядела симпатично.
  Вздохнув, я закрыл дверь. Откуда она таких выражений поднабралась? "Несмотря на идеологические разногласияЕ" Может, ходит в кружок "Юный либерал"?
  - Девушка красивая в кустах лежит нагой, - печально сказал я. - Другой бы изнасиловал. А я лишь пнул ногойЕ
  Интересно, у всех функционалов так плохо с личной жизнью? Потому и флиртуют друг с другом? Хотя нет, Феликс говорил, что у него семья, детиЕ
  Ладно. Не хватало мне еще заводить романчик с юной авантюристкой. Вон, вся Москва вокруг!
  А также еще четыре мираЕ один из которых я еще не видел.
  Но как ни сильно было искушение, первым делом я поднялся по лестнице, проверить, не открылся ли мне новый этаж.
  Этаж открылся. Не очень большая круглая комната, с одним-единственным окошком - в Москву. По стенам, от пола до потолка, книжные шкафы из темного полированного дерева. Пустые. Еще был столик, перед ним уютное глубокое кресло. И камин, конечно же не разожженный, но вроде как настоящий.
  Странное ощущение вызывают пустые книжные шкафы. Тягостно-печальное. Словно входишь куда-то и обнаруживаешь горки снятой одежды, обувь, мелкие вещи - а людей нет, куда-то исчезли.
  Ну ничего. Заполнить библиотеку я сумею.
  Несколько минут я постоял, глядя на шкафы. Представил, как уютно тут будет сесть однажды, холодным зимним вечером, разжечь огонь в камине, открыть книжку и, поглядывая на гнусную слякотную Москву, что-нибудь неторопливо читать. И еще - курить трубку. Обязательно трубку. А на столике пусть стоит стакан горячего чая с лимоном. Может быть, еще бокал с капелькой хорошего старого коньяка, чтобы даже не пить, а вдыхать аромат, между глотками чая и снова углубляться в книгуЕ
  Я вздохнул - и не с сожалением о недосягаемой мечте, а с предвкушением того момента, когда мечта станет явью. Так будет. Обязательно. Я же функционал. Я прирожденный таможенникЕ
  Но все-таки почему я стал именно таможенником? Почему я не мастер торговли, у которого есть магазин, забитый компьютерами, телевизорами и прочей техникой? В этом была бы какая-то последовательностьЕ
  Пожав плечами я спустился на второй этаж. Если начинать до всего докапываться, то и впрямь можно напридумывать мировых заговоров. А я не хочу! Ну их всех к черту! Политиков, подпольщиков, полицаев. Вот откроется последняя дверь в безжизненный мир - буду только рад. Пусть там, к примеру, Луна когда-то упала на Землю и вокруг башни кипят лавовые озера и извергаются вулканы. Или какая-нибудь страшная вспышка на Солнце уничтожила всю жизнь - и башня стоит в барханах скрипучего песка, над которыми дует азотный ветер. А еще неплохо, если там Земля не вращается. Да мало ли какие катаклизмы могли сделать целую планету невозможной для жизни и никому не нужной! Разведу руками перед политиком Димой, пошлю подальше Иллан с Настей и заживу в свое удовольствие.
  С этой мыслью я и снял болты с последнего окна.
  В первую секунду мне показалось, что башня стоит в лесу. Ветви деревьев качались перед самым окном. Какая-то нахальная мелкая пичуга уставилась на меня сквозь стекло - надо же, значит, животные башню видят. Здесь было зелено, солнечно, здесь царило лето - обычное живое лето, не яркая будто книжка-раскраска Нирвана, не тропическое великолепие - заурядное московское лето, спокойное и сдержанное.
  А потом сквозь деревья я увидел шпиль Останкинской башни.
  Все-таки обитаемый мир. Один из "пятерки"? Земля-четыре, пять или шесть? Или, все-таки, вожделенный Аркан, мир, где все как у нас, только чуть позже?
  Или, все-таки, мифическая Земля-один? Да, если бы Настя заглянула в окно, ее пришлось бы насильно из башни выталкивать.
  Придется проверять.
  Словно пытаясь оттянуть этот момент, я обошел все остальные окна. Больше всего меня интересовала Земля-семнадцать - вдруг Котя одумался и вернулся? Сам или с беглянкой, не важно.
  Но берег был пустынен, только поблескивала в лучах солнца пустая пивная бутылка. Неудобно, надо там все убратьЕ
  Только займусь я этим потом. Как я себя ни уговаривал, но мне было безумно интересно, какой выигрыш выпал на последний лотерейный билет.

«««Назад | Оглавление | Каталог библиотеки | Далее»»»