«««Назад | Оглавление | Каталог библиотеки | Далее»»»

Прочитано: 46%

ГЛАВА ВТОРАЯ

  Это очень правильно - приезжать в чужой город под утро. На поезде, на самолете - все равно. День начинается будто с чистого листаЕ
  В самолете Алишер снова стал молчалив и задумчив. Я продремал почти весь полет, Алишер молча смотрел в иллюминатор, будто было чтото интересное на далекой, погруженной в ночь земле. А уже перед посадкой, когда мы влетели в утро и самолет начал снижение, спросил:
  - Антон, ты не будешь против, если мы на время разделимся?
  Я с любопытством посмотрел на молодого мага. Инструкции Гесера ничего подобного не предусматривали. Про своих родственников и друзей, точнее - про их отсутствие, Алишер уже все сказал.
  Впрочем, догадаться, о ком может думать парень, в двадцать с небольшим покинувший родину, было нетрудно.
  - Как ее зовут? - спросил я.
  - Адолат, - ответил он без всякого притворства. - Мне хочется ее увидеть. Узнать, что с ней стало.
  Я кивнул. Поинтересовался.
  - Это имя чтото значит?
  - Все имена чтото значат. А разве ты не попросил Гесера вложить тебе знание узбекского? - поразился Алишер.
  - Он не предложил, - промямлил я. И в самом деле, почему я об этом не подумал? И как мог Гесер так опростоволоситься? Основные мировые языки Иные изучают в обязательном порядке - и, конечно, с помощью магии. Редкие языки может вложить в твое сознание более сильный или опытный маг. Гесер бы смог. Алишер - нетЕ
  - Значит, он считал, что это тебе не нужно, - задумчиво сказал Алишер. - ИнтересноЕ
  Похоже, Алишер не мыслил себе ошибки Гесера.
  - Мне понадобится знание узбекского? - спросил я.
  - Вряд ли. Русский знают почти все. Разве что совсем молодые и глупые не учат русский языкЕ Что ж, тебя все равно не приняли бы за узбека. - Алишер улыбнулся. - Адолат - справедливость. Красивое имя, да?
  - Красивое, - согласился я.
  - Она обычный человек, - пробормотал Алишер. - Но у нее хорошее имя. Светлое. Мы учились вместе в школеЕ
  Самолет тряхнуло - мы выпустили шасси.
  - Конечно, съезди к ней, - сказал я. - Думаю, до офиса Дозора я доберусь и сам.
  - Не подумай, что я только изза девушки. - Алишер улыбнулся. - Мне кажется, лучше будет, если вначале ты поговоришь с местными дозорными сам. Покажешь им письмо от Гесера, посоветуешьсяЕ А я подъеду через часполтора.
  - Ты не слишком дружил с коллегами? - тихо спросил я.
  Алишер не стал отвечать - и это было ответом.
  Я вышел из здания аэропорта - явно недавно реконструированного, выглядящего вполне современно. В руках у меня была только сумка с вещами и маленький пакет из дьютифри, более ничего. Остановился, оглядываясь. Ослепительно синее небо и накатывающая, несмотря на раннее утро, жараЕ Пассажиров оказалось немного, наш рейс был первым с вечера, следующий ожидали только через час. Меня сразу же обступили частники, на разные голоса предлагая свои услуги:
  - Поехали, дорогой!
  - Весь город покажу, будет тебе экскурсия бесплатно!
  - Куда едем?
  - Садись, у меня в машине хорошо, кондиционер!
  Я покачал головой, посмотрел на пожилого таксистаузбека, который спокойно ждал возле старой лволги» с нарисованными по трафарету шашечками такси. Спросил:
  - Свободен, отец?
  - Человек свободен, пока он верит в свою свободу, - философски ответил таксист. Порусски он говорил очень хорошо, совсем без акцента. - Садись.
  Ну вот. Не успел прилететь - из меня откудато вылезло обращение лотец», а из таксиста в ответ - очередная цветистая мудрость Востока. Я спросил:
  - Это ктото из великих сказал?
  - Это мой дед сказал. Он был красноармеец. Потом враг народа. Потом директор совхоза. Да, он был великий.
  - Его не Рустамом звали? - поинтересовался я.
  - Нет, Рашидом.
  Машина выехала со стоянки, я подставил лицо ветру из окошка. Воздух был теплый, свежий и пахнущий совершенно не так, как в России. Дорога тоже оказалась хорошая, даже по столичным меркам. Стена деревьев вдоль трассы приносила тень и создавала ощущение, что мы уже в городе.
  Таксист задумчиво сказал:
  - КондиционерЕ Все теперь обещают пассажирам прохладу. А разве наши деды и прадеды знали про кондиционер? Они открывали окна в своей машине, и им было хорошо!
  Я недоуменно посмотрел на водителя. Таксист улыбнулся:
  - Шучу так. Из Москвы приехали?
  - Да.
  - Совсем без багажаЕ Айайай! - Он поцокал языком. - Неужели потеряли?
  - Срочная командировка. Времени не было собраться.
  - Срочная? В нашем городе не бывает ничего срочного. Тысячу лет назад, две тысячи лет назад, три тысячи лет - здесь уже стоял город. Он разучился быть срочным.
  Я пожал плечами. Машина и впрямь ехала както неспешно, но это не раздражало.
  - Так куда едем? У нас есть гостиница лСамарканд», есть гостиницаЕ
  - Нет, спасибо. Я сюда не спать приехал. Мне надо на базар. На Сиабский, в Старом городе.
  - Вот это правильно! - воодушевился водитель. - Человек знает, куда едет и зачем. Прилетел - и сразу на базар. Без вещей, без жены, без проблем - так и надо жить! Но деньгито захватил, на базар идти?
  - Захватил, - кивнул я. - Как на базар без денег? А сколько я вам должен буду? И что берете - сомы, рубли?
  - Да хоть доллары или евры, - беззаботно ответил водитель. - Сколько не жалко, столько и дашь. Я ведь вижу - человек хороший, так зачем торговаться? Хороший человек стесняется мало заплатить бедному таксисту. Он сам платит больше, чем у меня совести хватает просить.
  - А вы хороший психолог, - засмеялся я.
  Водитель кивнул:
  - Хороший? ДаЕ наверное. Кандидатскую в Москве защищал. ДавноЕ - Он помолчал. - Но психологи сейчас не очень нужны. Таксистом больше зарабатываю.
  Он помолчал. Я тоже не нашелся, что ответить. Но мы уже ехали по городу, и вскоре водитель принялся перечислять, куда мне непременно надо сходить в Самарканде. Три медресе, составляющие архитектурный ансамбль Регистан, мечеть БибиХанумЕ Все это, кстати, как раз у самого лучшего самаркандского базара, Сиабского, слава которого, как теперь ясно водителю, давно уже достигла Москвы. Базар тоже надо посетить, и даже в первую очередь. Не побывать на нем просто грешно. Но я человек правильный и такой ошибки не совершуЕ
  Наверное, водитель был бы очень расстроен, если бы увидел, как я миновал вход на базар. Нет, побывать я там, конечно же, планировал. Работа - работой, но надо же и какието впечатления с собой увезти!
  Но не сейчас.
  Так что я выбрался из шумной толпы на подходе к базару, миновал стайку японцев (и сюда добрались!), как положено, увешанных крошечными фотоаппаратами и видеокамерами, - после чего двинулся в обход БибиХанум. Мечеть действительно впечатляла. Керамическая облицовка огромного купола отливала на солнце лазурью. Входной портал был так огромен, что, на мой взгляд, превосходил Триумфальную арку в Париже, а отсутствие барельефов на стенах вполне возмещал затейливый узор глазурованных синих кирпичей.
  Но сейчас меня ждал совсем не помпезнотуристический район.
  В каждом городе есть улицы, которые построены под несчастливой звездой. Они совсем не обязательно расположены на окраине. Иногда рядом с угрюмыми фабричными корпусами, иногда вдоль железных дорог или автомагистралей, порой у какогонибудь парка или уцелевшего по недоразумению городских властей оврага. Там неохотно селятся, но и уезжают оттуда редко - будто скованные какойто затянувшейся дремотой. И жизнь там идет по какимто совсем другим законам и совсем в другом темпеЕ
  Я помню один район в Москве, где вдоль заросшего деревьями оврага шла дорога с односторонним движением. Вроде бы самый обычный спальный район - но словно скованный дремотой. Я оказался там зимним вечером на ложном вызове - ведьма, делавшая приворот, имела лицензию. Машина уехала, меня оставили составлять протокол об отсутствии взаимных претензий, потом я вышел из дома и стал ловить машину - вызывать такси и ждать в квартире ведьмы не хотелось. Несмотря на не слишком поздний час, уже совсем стемнело. Валил снег. Людей на улице совсем не было, видимо, от метро все двигались другой дорогой. Машины тоже кудато подевались, а те, что всетаки проезжали мимо, - не спешили останавливаться. А у самого оврага, огороженный низким заборчиком, оказался маленький парк аттракционов: будочка билетера, дветри карусели, детская железная дорога - кольцо из рельсов метров десять в диаметре. И вот в полной тишине, под валящим с неба мягким снегом, на фоне черного, мертвого провала ездил по кругу, позвякивая и мигая цветными огоньками, крошечный паровозик с двумя вагончиками. В переднем сидел совершенно неподвижно запорошенный снегом мальчик лет пяти, в большой шапкеушанке и с крепко зажатой в руке пластиковой лопаткой. Наверное, это был ребенок билетерши, которого не с кем было оставить домаЕ Вроде бы и ничего особенного, но мне стало так неприятно, что я вынудил остановиться водителя проезжавшего мимо грузовика и смылся оттуда в центр города.
  Вот примерно в таком районе, только с поправкой на разницу городов, размещался офис Ночного Дозора. Карта мне не требовалась, я и так чувствовал, куда мне идти. И пройтито от базара, от самого центра, мне надо было всего минут десять. Но я словно попал в другой мир. Нет, не в яркую восточную сказку, а в чтото усредненное, что можно встретить и в азиатских республиках бывшего Советского Союза, и в Турции, и в южных странах Европы. ПолуЕвропа, полуАзия, взявшая не самые лучшие черты от обеих частей света. Много зелени, но этим все и исчерпывается - дома пыльные, грязные, обветшалые, в дватри этажа. Будь они менее однообразны, могли бы хоть порадовать взгляд туриста. Но тут и этого нет, все уныло и однотипно: облупившиеся стены, мутные окна, распахнутые двери подъездов, развешенное во дворах на веревках белье. Откудато из глубин памяти всплыло словечко лкаркаснокамышитовые домостроения». При всем своем унылом канцеляризме оно лучше всего характеризовало эти здания, построенные лвременно», но отстоявшие уже не меньше полувека.
  Офис Ночного Дозора занимал большой, но одноэтажный дом - тоже ветхий, с небольшим палисадником вокруг. Мне подумалось, что в таком здании уместно смотрелся бы маленький детский садик, полный смуглых, черноволосых ребятишек.
  Но здешние детки уже давно выросли. Я обошел припаркованный у ограды лпежо», открыл калитку, миновал клумбы, на которых боролись за жизнь высыхающие цветы, и с содроганием прочитал на двери старую вывеску советскобюрократического вида:

НОЧНОЙ ДОЗОР

отделение г. Самарканда приемные часы:

20.00 - 8.00

  Вначале мне показалось, что я сошел с ума. Потом - что я смотрю сквозь Сумрак. Но нет, надпись была абсолютно реальной, выполненной желтыми буквами на черном фоне, сверху прикрытой треснувшим стеклом. Уголок стекла вывалился, и последняя буква в слове лдозор» истрепалась, поблекла.
  Рядом шел тот же текст на узбекском, из которого я узнал, что лНочной Дозор» в переводе звучит как лТунги Назорат».
  Толкнув дверь - не заперто, конечно же, - я вошел сразу в большой зал. Как это принято на Востоке - никакой прихожей. Ну правильно, к чему тут сени, в Самарканде холодов не бывает.
  Обстановка была простой и чемто напоминала маленькое отделение милиции, чемто - контору советских времен. У входа стояла вешалка и несколько шкафов с бумагами. За канцелярским столом чаевничали три молодых узбека и полная немолодая русская женщина. На столе кипел большой электрический самовар, расписанный под хохлому. Нет, ну это же надо - самовар! Я его в России последний раз видел на измайловском вернисаже вместе с матрешками, шапкамиушанками и прочим товаром для иностранных туристов. Еще несколько столов пустовали. Старенький компьютер с громоздким монитором натужно шумел на дальнем столе - давно пора поменять вентиляторЕ
  - Ассалом алейкум, - сказал я, чувствуя себя полным идиотом, пытающимся выглядеть умным. Ну почему Гесер не обучил меня узбекскому?
  - Алейкум ассалом, - отозвалась женщина. Она была смуглая, черноволосая - явно славянских кровей, но с тем удивительным изменением внешности, что без всякой магии происходит с европейцем, долго и с самого рождения живущим на Востоке. Даже одета она была как узбекская женщина - в яркое длинное платье. Женщина с любопытством посмотрела на меня - я почувствовал умелое, но слабое прикосновение зондирующего заклинания. Закрываться я не стал, и она сняла информацию без проблем. Тут же изменилась в лице, поднялась изза стола, негромко произнесла:
  - Мальчики, у нас высокий гостьЕ
  - Я совершенно неофициально! - замахал я руками.
  Но все уже завертелось. Со мной здоровались, представлялись - Мурат, шестой уровень, Тимур, пятый уровень, Нодир, четвертый уровень. Как мне показалось, выглядели они на свой реальный возраст, то есть на двадцать-тридцать лет. В самаркандском Дозоре, как говорил Гесер, пятеро ИныхЕ в ташкентском Дозоре, по словам Алишера, сотрудники моложе. Это куда ж еще моложе, школьников, что ли, на работу берут?
  - Валентина Ильинична Фирсенко, Иная. Четвертый уровень.
  - Антон Городецкий, Иной, Высший уровень, - в очередной раз повторил я.
  - Я заведую канцелярией, - продолжила женщина. Она пожала мне руку последней и вообще вела себя как младший сотрудник Дозора. При этом возраст ее я оценил в сто пятьдесят лет, не меньше, да и по Силе она мужчин превосходила.
  Тоже специфика Востока?
  Впрочем, через секунду сомнения, кто тут главный, рассеялись.
  - Ребята, быстренько стол сообразите, - скомандовала Валентина. - Мурат, ты возьми машину, живо сгоняй по маршруту, а потом заскочи на базар.
  С этими словами она вручила Мурату ключи от огромного старого сейфа, из которого парень, всячески пытаясь сделать это незаметно, достал растрепанную пачку денег.
  - Пожалуйста, не надо! - взмолился я. - Я совершенно неофициально и ненадолго. Так, представиться, пару вопросов задатьЕ И мне еще в Дневной Дозор надо зайти.
  - Зачем? - поинтересовалась женщина.
  - На пограничном контроле Иных не было. Висела табличка в Сумраке, что Светлым по приезду отметиться в Дневном, Темным - в Ночном Дозоре.
  Мне было очень интересно, как дозорная прокомментирует столь вопиющую безалаберность. Но Валентина Ильинична только кивнула:
  - Сотрудников у нас мало пост в аэропорту держать. В Ташкенте - вот там все как положеноЕ Нодир, сбегай к упырям, скажи, что в город с частным визитом прибыл Высший Светлый Городецкий из Москвы.
  - Я неофициально, но не совсем с частнымЕ - начал я. Но меня уже не слушали. Нодир открыл неприметную дверь в стене и вышел в соседнюю комнату, где я с удивлением заметил такой же просторный и полупустой зал.
  - Почему к упырям? - спросил я, ошарашенный совсем уж немыслимой догадкой.
  - Ой, да там Дневного Дозора офис, упырей у них и нет совсем, но мы уж так их кличемЕ пососедскиЕ - Валентина Ильинична засмеялась.
  Я молча прошел в соседнюю комнату вслед за Нодиром. Двое Темных Иных - молодой и средних лет, четвертый и пятый уровни, дружелюбно улыбнулись мне.
  - Ассалом алейкумЕ - пробормотал я, прошел через зал (все то же самое, даже самовар стоит точно такой же) и открыл дверь на улицу, параллельную той, с которой я зашел.
  За дверью обнаружился такой же палисадник, а на стене - вывеска:

«««Назад | Оглавление | Каталог библиотеки | Далее»»»